Брокерский счет или полис ЕС: что выбрать инвестору
Брокерский счёт и Полис в ЕС. Почему они стоят по-разному?
В 2022 году миллионы россиян обнаружили неприятную вещь. Их иностранные бумаги никуда не делись и по-прежнему им принадлежали. Право собственности никто не отменял. Только продать их было нельзя, купоны не приходили, вывести не получалось.
Никто ничего не нарушил. Брокер объяснял, что от него это не зависит, и формально был прав: он посредник, он исполняет поручения и обязательств перед клиентом не принимал. Вышестоящее звено находилось за пределами досягаемости. Обращаться было не к кому.
Из этой истории следует различие, которое обычно не замечают, пока не столкнутся: **владеть активом и иметь требование к кому-то это разные вещи**. Первое работает, пока работает вся цепочка хранения. Второе адресовано конкретному лицу, у которого есть имя, лицензия и надзорный орган.
Разница в цене между брокерским счётом и договором страхования жизни в значительной степени и есть цена этого различия. Ниже разбор того, из чего она складывается.
Материал описывает общее устройство европейских договоров страхования жизни. Условия и точные величины по конкретному договору содержатся в его собственных документах.
Как это выглядело по шагам
Стоит разобрать механику, потому что из неё видно, где именно проходит уязвимость.
Человек покупает иностранные бумаги через российского брокера. Брокер держит их не у себя: он хранит их в вышестоящем депозитарии, тот в следующем, и так далее до конечного хранилища за рубежом. В обычное время эта цепочка человека не касается, он её просто не видит.
В 2022 году одно из звеньев цепочки оказалось под ограничениями. Дальше произошло то, что и должно было произойти по устройству: бумаги остались в собственности владельца, а операции по ним остановились. Продать нельзя, купоны и дивиденды не приходят, перевести к другому брокеру нельзя, потому что проблема не у брокера.
И главное. Обращаться было не к кому не потому, что кто-то отказался помогать. А потому, что обязательства перед клиентом не было ни у одного участника цепочки. Брокер отвечает за исполнение поручений, а не за доступность актива. Депозитарий отвечает за учёт. Ограничения ввёл тот, кто к договору с клиентом отношения не имеет вовсе.
Впоследствии часть ситуаций разрешалась: обособление активов, замещающие выпуски, обмены, отдельные разрешения. Но это заняло годы, и результат зависел не от владельца.
Риск, который здесь реализовался, это не рыночный риск. Бумаги не подешевели, они стали недоступны. Такой риск нельзя оценить по волатильности и нельзя закрыть диверсификацией внутри той же цепочки: три брокера, работающие через одно и то же вышестоящее звено, дают одну и ту же уязвимость.
Здесь необходима оговорка. У любой цепочки хранения есть свой набор рисков, и европейская не исключение. Речь не о том, что где-то такого не бывает, а о том, что цепочка другая, юрисдикция другая и адресат требования известен заранее.
Сразу о том, чего в цене нет
**Никто не берёт на себя ваш рыночный риск.** В договоре, привязанном к инвестиционным фондам, если фонд упал на двадцать процентов, ваша выкупная сумма упала на двадцать процентов. Никакие резервы и коэффициенты компании этого не меняют и не должны менять. Рыночный результат ваш, и убыток ваш.
**Никто не обещает неуязвимости.** Речь идёт о фактической разнице в устройстве: другая цепочка хранения, другая юрисдикция, другой адресат требования. Это не обещание, что до этих денег никто и никогда не дотянется.
Всё, что перечислено дальше, находится в другой плоскости.
Что покупается на самом деле
**У брокера обязательства нет никакого.** Он исполняет поручения и берёт за это комиссию. Он не должен вам ни суммы, ни выплаты, ни срока. Расходы низкие ровно потому, что обязательства нет.
**У страховой компании обязательство есть, и оно конкретное.** Компания обязана произвести выплату в случаях, описанных в договоре. Обязана вести договор весь срок его действия. Обязана рассчитать, чем она обеспечит то, что должна. Обязана находиться под надзором и доказывать свою состоятельность каждый год.
То есть человек покупает не рост капитала. Он покупает контрагента: лицо, к которому обращено требование, и правовую конструкцию вокруг этого требования.
Из чего состоит эта конструкция
Шесть элементов. Каждый требует работы и денег.
Первое. Страховая выплата
Если с человеком что-то случится, выплата происходит независимо от того, сколько он успел накопить и что в этот момент происходит с рынками. Это отдельное обязательство, а не бонус к накоплению.
Проще всего это видно на примере, который страховщик приводит у себя на сайте.
Условный застрахованный тридцати лет, договор на пятнадцать лет, годовой взнос тысяча долларов. Покрытие состоит из основной накопительной программы и трёх дополнительных: выплата при уходе из жизни, отдельно при уходе из жизни в результате несчастного случая и при инвалидности от тридцати процентов после несчастного случая.
В разобранном случае человек уходит из жизни в результате несчастного случая на десятом году. К этому моменту он внёс десять тысяч, а накоплено 9 566, то есть меньше внесённого: сказывается медленное начало, о котором ниже. Выплата при этом составляет 26 483, потому что складываются накопленное и обе страховые суммы.
Вот за это и платят в первую очередь. Страховая часть работает с первого года и не зависит от того, сколько успело накопиться.
Второе. Есть ответчик
Это не про то, какое право применяется, а про то, есть ли вообще к кому предъявить требование.
В цепочке хранения ответчика нет ни одного. Брокер отвечает за исполнение поручений, депозитарий за учёт, ограничения вводит тот, кто с вами в договорных отношениях не состоит. Предъявить требование некому, потому что никто ничего не обещал.
По договору страхования ответчик один и он назван: юридическое лицо с лицензией, под надзором, с публичной отчётностью, которому есть что терять. Спор с ним это спор с ответчиком, а не поиск виноватого в цепочке.
Третье. Страхуемость зафиксирована
Тариф за страховую защиту устанавливается по возрасту и состоянию здоровья на входе и не пересматривается весь срок.
Смысл здесь не в цене, а в невозможности пересмотра. Если человек заболеет через десять лет, договор продолжает действовать на прежних условиях, и отказать ему нельзя. При страховании, которое перезаключается ежегодно, его либо перетарифицировали бы, либо не взяли вовсе.
Страховая компания знает среднюю статистику по таблицам смертности. Личную траекторию конкретного человека не знает никто, и риск этого отклонения принимает на себя она.
Четвёртое. Резервы под обязательства
Под то, что компания должна, считается резерв по единой европейской методике, а не на её усмотрение. Достаточность пересчитывается ежегодно.
Для договоров с гарантированной частью это ключевой механизм: там компания должна конкретную сумму независимо от того, что происходит с рынком, и резерв обеспечивает именно её.
Пятое. Капитал сверх резервов
Существует не для выплат, а на случай, если расчёт окажется неверным: люди живут дольше таблиц, эмитент не заплатил, ставки пошли не туда. Требование к этому запасу считается как убыток в год, который случается раз в двести лет.
Отдельно проверяются стрессовые сценарии. В расчёт капитала входит, например, одновременное расторжение сорока процентов договоров, причём шок считается мгновенным, а учитывать ответные действия компании внутри сценария запрещено.
Шестое. За обещанием следят посторонние люди
Внутри компании работают четыре независимые функции. Актуарная отвечает за расчёт резервов и корректность методики. Управление рисками оценивает, что может пойти не так. Комплаенс следит за соблюдением требований. Служба внутреннего аудита проверяет всё перечисленное и подчиняется совету директоров, а не операционному руководству.
Раз в год компания сама проводит оценку рисков и платёжеспособности: хватит ли капитала, если несколько обстоятельств сложатся плохо одновременно.
Отчётность и отчёт о платёжеспособности проверяет независимый аудитор. Отчёт публикуется, его может открыть любой желающий.
Соль в одном слове: **заранее**. Если капитал опускается ниже требуемого, надзор вмешивается до того, как деньги кончились: требует план восстановления, ограничивает операции, при дальнейшем падении ставит вопрос о лицензии. Проблему ловят, пока у компании ещё есть чем платить.
В цепочке хранения такого механизма нет вообще. Там некому падать ниже норматива, потому что никто ничего не должен, и следить не за чем. Проблема обнаруживается в тот день, когда вы не смогли продать бумагу.
Ничего из перечисленного не защищает от падения рынка. Всё это защищает от того, что обещание окажется необеспеченным, а обратиться будет не к кому.
Как это выглядит во взносе
Теперь имеет смысл разбирать статьи расходов: понятно, за что именно они берутся.
Взнос делится на четыре части: плата за страховую защиту, расходы компании, налог, если он предусмотрен, и накопительная часть. Инвестируется только последняя. По оценке австрийской потребительской организации, накопительная часть обычно составляет от семидесяти до восьмидесяти пяти процентов брутто-взноса.
**Рисковая премия.** Плата за страховую защиту, считается по таблицам смертности. Чем моложе и здоровее человек в момент заключения, тем дешевле обходится эта часть, и дешевле остаётся на весь срок.
**Расходы на заключение договора.** Оформление, оценка рискаю. Разовые, но заметные.
**Расходы на ведение договора.** Обслуживание все годы действия.
**Расходы на управление активами.** У договоров, привязанных к фондам, добавляются расходы самих фондов.
**Расходы на обеспечение гарантий.** Если гарантированная часть в договоре предусмотрена.
Почему в первые годы накоплено мало
Вопрос, который возникает у человека, заглянувшего в договор на третий год.
Причина в способе учёта расходов на заключение договора. Он называется цильмерованием, по имени немецкого математика Августа Цильмера, и означает, что эти расходы списываются не равномерно за весь срок, а из взносов первых лет, обычно первых пяти.
Следствие прямое: в начале срока накопление идёт медленно, договор выходит на полную силу позже. Отсюда и низкая выкупная сумма при досрочном расторжении в первые годы. Это не штраф: расходы уже понесены и при раннем выходе просто не успевают распределиться по сроку.
В Германии с 2015 года действует ограничение на величину, которая может быть учтена таким образом. В Австрии расходы на заключение договора обычно распределяются на первые пять лет.
Практический вывод один, и он важнее остальных: договор со сроком в двадцать пять лет имеет смысл только как договор на двадцать пять лет. Инструмент, из которого планируют выйти через три года, выбран неверно с самого начала.
Что компания обязана раскрыть до подписания
С 1 января 2018 года в Европейском союзе действует регламент 1286/2014 о ключевых информационных документах. По нему для каждого продукта с инвестиционной составляющей, включая страховые, составляется стандартизированный документ, который человек получает до подписания.
В нём обязательно указывается состав расходов в виде таблицы и их влияние на доходность. Показатель называется снижением доходности и показывает, на сколько процентных пунктов расходы уменьшают итоговый результат. Формат единый, суммы модельные, чтобы продукты разных компаний можно было сравнивать между собой.
Параллельно действует директива 2016/97 о распространении страховых продуктов: правила поведения при продаже, требования к раскрытию информации, порядок работы с конфликтом интересов. Дополняющий её регламент 2017/2359 детализирует эти обязанности для продуктов с инвестиционной составляющей.
Контроль ведут национальные надзорные органы и европейский страховой регулятор. За нарушения предусмотрены санкции вплоть до запрета продавать продукт.
Отсюда практический вывод: вопрос «сколько вы на мне заработаете» законный, и на него есть письменный ответ. Если человек, предлагающий продукт, уходит от этого вопроса, дело не в продукте.
Сводка
Брокерский счёт Договор страхования жизни
Что у вас есть право на актив требование к компании
Кто несёт рыночный риск клиент клиент, если договор привязан к фондам
Кто отвечает по обязательству никто, обязательства нет компания, в пределах договора
К кому обращаться при проблеме к цепочке хранения к компании, её надзорному органу, по применимому праву
Выплата при страховом случае нет есть, с первого года
Пересмотр условий по здоровью не применимо невозможен, тариф фиксируется на входе
Проверки нет, проверять нечего резервы, капитал, внутренний аудит, внешний аудит, надзор
Цена низкая выше, и раскрыта до подписания
Что из этого следует
Цена европейского полиса это не просто наценка за бренд. Это стоимость того, что вместо права на актив в чужой цепочке хранения человек получает требование к конкретной компании, обязанной это требование обеспечить и доказывать обеспеченность каждый год.
И честная обратная сторона. Если человеку не нужны страховая защита, зафиксированная страхуемость и обязательства компании по выплате, платить за эту конструкцию незачем. Брокерский счёт дешевле не потому, что хуже, а потому, что ничего не обещает.
Выбирают не по цене, а по тому, нужно ли обещание.
Источники
Регламент (ЕС) 1286/2014 о ключевых информационных документах для розничных инвестиционных и страховых продуктов. Директива (ЕС) 2016/97 о распространении страховых продуктов. Делегированный регламент (ЕС) 2017/2359. Директива 2009/138/EC о требованиях к капиталу и системе управления страховых компаний, включая контрольные функции и собственную оценку рисков и платёжеспособности. Делегированный регламент (ЕС) 2015/35 в части расчёта риска расторжений. Материалы австрийского органа финансового надзора об информационных правах клиента страховой компании. Оценка доли накопительной части приводится по данным австрийской потребительской организации.